Обучение и мемы

Сегодня я хочу поговорить не о значении контекста, и не об особенностях личности, а затронуть сам процесс обучения. Целью данной статьи является постановка проблемы, лежащей в этой области, с акцентом на современное бизнес-образование.

Если постараться кратко и емко описать обучение как процесс, то следует начать с его формы. Не затрагивать практический опыт, который тоже можно принять за форму обучения, а ограничиться «классными» формами обучения. То есть тем, что доступно всем, кто посещает курсы, мастер-классы, конференции, школы, университеты, любые программы кратко- или долгосрочной подготовки. Мортимер Адлер, чьей классификацией я воспользуюсь, выделил три основные формы: лекцию, семинар и тренинг.

Лекция предполагает передачу знания. Один выступает перед многими, передавая свои знания, где на принимающего полностью ложатся задачи понимания и запоминания. Эта форма используется на конференциях, мастер-классах, в школьном и высшем образовании. Лекция обладает минимальной интерактивностью для участника. Понятно, что эффективность этой формы напрямую зависит от способности выступающего передать знания в доступной для слушателей форме. В некоторой степени это облегчается установлением фиксированной формы выступления: длительность, использование слайдов, сессии вопросов и ответов.

Семинар отличается тем, что его целью служит углубление понимания. Основой для этого выступает диспут, который позволяет исследовать тему с разных сторон с учетом опыта, позиций и знаний различных участников. Это предполагает ограниченную степень интерактивности, так как в единицу времени только один говорит, а все остальные слушают. Эта форма должна превалировать в стратегических сессиях руководства, служить основой качественного повышения компетенции участников на программах специальной подготовки и специализированных программах. Ведущий семинара за исключением программ публичного образования не обязательно должен превосходить участников по уровню компетенции, но однозначно должен быть достаточно компетентным, чтобы управлять ходом дискуссии. Хочу подчеркнуть, что речь не идет о фасилитации, так как там другие задачи.

Тренинг – это практическая отработка конкретных навыков в контролируемой среде под присмотром более опытного наставника. Тут интерактивность максимальна, так как от каждого участника требуются практические действия. Тренинг отличается тем, что у участников по его результатам должен возникать опыт, пускай он и является смоделированным. В этом смысле тренинг максимально приближен к реальной жизни.

Теперь, давайте исключим социальную составляющую и поразмышляем, что доступно человеку индивидуально без обращения к специализированным программам в рамках самостоятельного процесса обучения.

Получение новой информации сегодня перестало быть проблемой, так как использование интернета и доступность книг позволяют найти и освоить информацию по любой теме. Для этого нужен всего лишь навык чтения с единственной поправкой на язык, на котором представлена информация. Лекции по сути являются формой адаптации информации, которая представлена в других источниках.

Углубление понимания связано с навыком письма. Если когда-либо вы заводили будильник и садились писать на заданную тему, как делают, например, учащиеся на писателей, то вы знаете, что в процессе письменной практики вы, во-первых, оперируете всеми готовыми знаниями и опытом, которые у вас есть. А также вы комбинируете эти знания и опыт между собой, а также с текущими мыслями, формируя новые выводы из того же набора данных. Это также может приводить к созданию нового знания, а значит, к углублению личного понимания.

Отработку навыка в условиях тренинга может заменить эксперимент. Это взаимодействие с реальностью с целью проверить ту или иную гипотезу. По сути это практический опыт, только он имеет конкретную цель и ограничен во времени. Приведу пример. Как-то ко мне обратился человек с вопросом о том, что он может сделать для улучшения отношений с начальником, если его предыдущие попытки провалились. Безусловно, информации недостаточно, чтобы дать предметный совет. Однако, если человек является источником действий, а начальник их объектом, то возможен эксперимент. Можно предположить, что если от человека в принципе хоть что-то зависит, то результат связан с тем, что он делает. Соответственно, можно проанализировать те аспекты текущего поведения, которые являются общими для предыдущих попыток, и поменять их на другие. Изменение результата на выходе (то есть в отношениях с начальником) позволит корректировать дальнейшие действия, что и происходит в процессе обучения на тренингах.

Теперь, кратко описав основные отправные точки для процессов социального и индивидуального обучения, можно поговорить о том, что можно считать результатами обучения.

Уильям Джеймс выделял два типа обучения с точки зрения их результатов:

-инкрементальный

-трансформирующий

Под инкрементальным типом обучения понимается накопление новой информации о предмете изучения, где мерой обученности может выступать степень эрудированности.

Трансформирующее обучение предполагает качественное изменение субъекта (учащегося) в процессе обучения, что приводит к ситуации, когда учащийся начинает справляться с теми задачами, которые раньше были для него недоступны.

Если подходить к этому с позиций здравого смысла, то можно предположить, что инкрементальный тип обучения скорее ценен для теоретической подготовки, а трансформирующий тип обучения для практической. Безусловно, это деление условно, так как есть масса экспертных задач, где нужная информация позволяет разрешить практическую проблему. Однако решение практических задач далеко не всегда определяется только той информацией, которой мы владеем, выходя за рамки. Например, если вы упали в воду с моста, то знание того, что паника помешает вам выжить, ничем вам практически не поможет. А вот если вы имеете солидный опыт прыжков с вышки, то вы успеете правильно сгруппироваться в полете еще до того, как об этом подумаете, уже сравнительно повысив свои шансы на то, чтобы выбраться невредимым.

Таким образом, при учете того, что информация всем нам легко доступна кажется весьма логичным в общем стремиться к трансформирующему эффекту от обучения в практической деятельности, если перед нами не стоит специфических узких задач, которые зависят от нашей памяти.

Если брать классические формы социального обучения, то, выбирая из лекций, семинаров и тренингов, кажется логичным ориентироваться именно на тренинги. А при индивидуальном обучении руководствоваться результатами экспериментов.

И, пожалуй, в идеальном мире это было бы так.

Однако в реальной жизни ситуация далеко не так однозначна. И для того, чтобы направить дальнейший ход мысли в рамках задач статьи я позволю себе немного отойти от темы и кратко представить идею мемов.

Термин «мем» был введен Ричардом Докинзом, биологом и популяризатором науки. Докинз определил мем как «любой устойчивый материальный или информационный паттерн, возникший в результате намеренного действия человека». Он представил мем как аналог человеческого гена, но в разрезе не биологической, а культурной эволюции.

Давайте разберем, что это такое. В процессе нашей жизни и развития мы запечатлеваем достижение нашей мысли в материальных артефактах и идеях. Например, колесо или свободный рынок, а если из последних достижений, то, например, ЗОЖ (здоровый образ жизни). Это приносит нам пользу, мемы служат нашим целям, олицетворяя стоящие за ними достижения и направляя наши действия.

Но здесь есть определенная проблема. Она заключается в том, что со временем мемы начинают жить собственной жизнью. Чтобы пояснить эту идею, давайте поговорим об эволюции. Существует теория естественного отбора, которая говорит о том, что в результате череды случайных событий выживают те биологические виды, которые способны лучше адаптироваться. Однако существует и иной взгляд, который говорит о том, что выживают не виды. Соревнуются инструкции, которые содержатся в ДНК. Цель и у вида, и у инструкции одна и та же – выживание через воспроизведение себя. Если посмотреть на эволюцию как на средство передачи следующим поколениям информации, то собственная жизнь мемов перестает быть чем-то непонятным. Ясно, что мемы – это не существа, которые мыслят, но тем не менее, используя людей как среду для воспроизведения, мемы все-таки передаются из поколения в поколение. Мы до сих пор знаем про колесо, которому не одна тысяча лет, а теперь мы знаем про ЗОЖ и не можем предсказать, какое количество поколений после нас будет озабочено этой идеей.

Так в чем проблема? Проблема в том, что не все мемы нам помогают, некоторые наоборот мешают, но тем не менее они продолжают жить, незаметно влияя на нас и наши действия. Мы создали телевидение для собственной пользы, однако теперь телевидение существует само по себе. Мало того, исследования показывают, что излишнее количество времени, проведенное перед телевизором, плохо влияет на наши способности и деструктивно сказывается на субъективном уровне счастья. А есть еще табак, наркотики, алкоголь, модные тенденции, религиозные секты. Пожалуй, сегодня можно говорить даже о том, что мемы могут не только передавать себя следующим поколениям, но даже создавать другие мемы уже практически без нашего участия, размножаясь в наших головах.

Но и это еще не вся история. Как заметил Чиксентмихайи, «как правило, выживают мемы, выполняющие свою задачу при минимальных затратах психической энергии». Другими словами, во-первых, это означает, что «естественный отбор» мемов происходит без связи с выживанием нас как их носителей, а по своим законам. Естественная биологическая эволюция стремится к усложнению видов, но из мемов выживают самые «экономичные». В музыке массовой становится поп-культура, но не потому что она является лучшим образцом. Покупатели нередко выбирают товары не по принципу их полезности, а, например, руководствуясь идеей «крутости». Фарм-компании в своей деятельности руководствуются не принципом Гиппократа, а интересами «акционерных обществ». Используя формулировку Чиксентмихайи, происходит следующее: «став общепризнанным, мем вызывает инерцию сознания, заставляя нас подчиняться всем своим логическим следствиям». И это происходит вне зависимости от нашей пользы и даже наших желаний. То есть все наши действия происходят в действующем «фоне» вещей и идей, которые в целом влияют на нас и наши действия неясным образом.

А теперь давайте вернемся к обучению. И поразмышляем, в частности, на примере тренингов как предположительно наиболее приближенной к реальной жизни форме социального обучения об их действительном влиянии на нас. В данном случае я говорю не о форме вообще, а том, что реально присутствует в нашей жизни, используя форму тренинга.

Давайте попробуем задать вопрос, «каким мемам служит современный тренинг».

Если анализировать рекламные проспекты, то чаще всего похоже продают «успех» на тренингах личностного роста, «уникальные навыки и компетенции» и «отработанные инструменты» на бизнес-тренингах, «статус» и «элитарность» на дорогостоящих краткосрочных программах. Но что скрывается за этим? Что нам все это дает? Тренинг размножится в головах людей, обеспечивая сравнительное преимущество над теми, кто его не проходил.

Давайте взглянем на тенденции в самих тренингах. Их по моим наблюдениям две. Явная тяга к новизне и удивлению, заказчики усиленно ищут новые тренинги, которые еще не предлагали и не проходили, а также господствует тенденция к сокращению их длительности. Тренинги станут короче, а значит, их проще провести, а значит ему опять же будет проще распространиться. Он потребует меньше денег от покупателей и усилий от продавцов и участников.

Но как это все связано с целями тренинга, ради которой он по идее проводится.

Чтобы попытаться сделать какие-то выводы из этой информации давайте спустимся на конкретный уровень.

Неоднократно я задавал и задаю вопрос различных людям: «Как вы считаете, появляются ли эффективные продавцы по результатам тренингов по продажам?» Я не знаю ни одного бизнес-тренера или человека, проходившего бизнес-тренинги по продажам, который бы ответил однозначно утвердительно. Никто не будет говорить, что они не влияют на этот процесс, но все затрудняются определить, как именно. Продавцами люди становятся где-то между как итоговый результат череды незаметных изменений. Эффективность приходит тогда, когда нащупанный лично метод начинает приносить хорошие результаты. И получается, что прав был именно Джеймс, описывая трансформирующее обучение как средство качественного роста и развития.

Но трансформация занимает время. Какое отношение сравнительное преимущество или сокращение длительности тренинга имеет на эффективность обучения.

Опираясь на предыдущие утверждения, логично предположить, что сравнительное преимущество перед другими людьми на качество самого тренинга не влияет, а сокращение длительности влияет отрицательно.

Получается, что тренинги для продавцов развиваются не в интересах ни тех, кто их заказывает, ни тех, кто их посещает.

Резюмируя, хочется отметить, что существует драматическая разница между абстрактно-логическим взглядом на современное обучение и реально происходящими процессами, что требует серьезного пересмотра форм обучения и тех критериев, с которыми мы подходим к собственному развитию и проектированию программ

Корнем проблемы является недостаток понимания реального влияния окружающей среды на наше восприятие, мышление и действия, которые я затрону в следующей статье, развивая затронутую проблематику.

anthonykorolev

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.